Это страшное слово «секта»

Наше российское общество, потревоженное различными, в том числе и опасными событиями в религиозной сфере, особенно терзаемой нездоровым интересом СМИ, сегодня просто панически боится этого слова. Закрыть глаза на это явление, которому многие сотни и сотни лет, будет просто неразумно. Это тем более важно, что перспективы развития и служения Отечеству, покрытые общественным страхом и презрением к сектантам, остаются под некоторым вопросом, особенно в части формирования христианской интеллигенции. Во что веруем мы и как видим это опасно безопасное явление?

Мы склонны считать, что, несмотря на то, что этимологическое значение этого слова известно, но не очень ясно, мы полагаем его большее применение в религиозной сфере. Любое христианское движение, не приносящее реального изменения жизни народу, носит в себе дух сектантства. Это может нести в себе как опасность для общества, так и отсутствие её. Ситуация осложняется тем, что юридического определения термина «секта» нет. Возможно, поэтому многие люди и не бояться его не только употреблять, но и злоупотреблять им. Есть основания полагать, что это определение необходимо отнести к категории этического.

Своеобразное определение секты, возможно лучшее, дали известные философы Православной церкви П. Флоренский и С. Булгаков.  «Секта — это осколок великой идеи, обмеление большой реки, искажение и узость, так сказать — провинциализм в религии. Если мы встречаем религиозное учение, которое не принимает в себя всей истории человеческой мысли, не понимает этой истории, не объясняет ее, проходит мимо, не благословляя и не осуждая, а просто не замечая того или иного факта человеческой жизни — мы имеем дело с сектой. Если какое-нибудь религиозное движение не животворит, не возрождает те страны, по которым оно протекает, если под его влиянием не расцветает человеческая мысль, не возрождаются искусства, науки, не обогащается и не повышается в своем темпе общенародная жизнь — мы имеем дело с сектой. Если, наконец, отдельные последователи этого учения не приобретают мудрости, чувства связанности со всем миром в его прошлом и настоящем, то это учение не всецелая животворная истина, а секта».

Нам нравится это определение, так как всецело соответствует нашему церковному пониманию окружающей жизни и нашего предназначения в ней. В этом случае, мы точно не секта.